Метапсихология как новый подход к пониманию научной психологии

Г.В.Суходольский

Вісник Харківського Університету, №498, Харків, 2000 – С.140-143.  

Существует немало заблуждений в понимании психологии как науки. Поэтому думается, что новому столетию необходим новый подход к пониманию научной психологии. Я называю этот подход «метапсихология». Так как греческая приставка «мета», помимо прочего, означает следование во времени или пространстве, то метапсихологию можно рассматривать и как новый этап в развитии психологической науки.

Зарубежные и отечественные историки считают психологию молодой наукой, получившей самостоятельность лишь в результате создания В.Вундтом Лейпцигской лаборатории экспериментальной психологии. Но самостоятельность науки определяется наличием особого предмета и метода, наличием знаний, запечатленных в монографиях и лекционных курсах. Все это было в трактате Аристотеля «О душе», в «Эмпирической психологии» и «Рациональной психологии» Христиана фон Вольфа, в «Психологии» И.Герберта и во многих других публикациях задолго до В.Вундта. Поэтому в метапсихологии следует считать научную психологию ровесницей физики; тем более, что экспериментальная психология не исчерпывает всей научной психологии.

В традиционном понимании психология есть наука о душе, адаптирующей субъекта к Миру, отражающей этот Мир и регулирующей поведение субъекта в нем. Правда, существует мнение, которому учат студентов, что на протяжении своей истории в психологии менялся предмет изучения. Но такая закономерность присуща и другим наукам, например, физике и математике. И сейчас в разных научных школах и отраслях психологии, в качестве предмета изучаются отдельные аспекты и проявления психики человека и животных. Все же понимание предмета психологии остается дискуссионным, а понятие о душе – не определяющим.

С позиций метапсихологии, психология есть наука о душе (и духе) человека или животных, познающих и творящих Мир, активно приспосабливающих Мир к себе и себя к Миру. Так что человек (животное) посредством психики непрерывно погружен в Мир, взаимодействует с ним, причем оба изменяются. Таким образом, если предметом психологии есть психика (душа и дух), то предмет метапсихологии есть психика «плюс» Мир, то есть метасистема, одним из элементов которой является система психики.

Метапсихологически психика как система должна быть рассмотрена морфологически, аксеологически и гносеологически. Начну с онтологии. Бытие психики обусловлено бытием живого тела ее обладателя – животного или человека. Психика не существует вне или без живого тела (как бы этого не хотелось людям). Тело без психики тоже есть просто труп, даже если медицинскими средствами поддерживается жизнь некоторых физиологических систем и тканей. Носителем психики служит центральная нервная система и главным образом большой мозг (у человека), его нейронные структуры, обрабатывающие информацию, поступающую от органов чувств, воспринимающих состояние внешней среды и физиологических систем организма. Аналогом может служить информация в компьютере автономного робота. Итак, психика присубъективна и потому сугубо индивидуальна в своем бытии.

Строение психики многомерно и сложно. Первым и просматриваемым в разных теориях служит «уровневое» представление психики: душа растительная, животная, разумная – по Аристотелю; ид, эго и суперэго – по З.Фрейду; подсознание, сознание, самосознание – по большинству современных психологов. Правда, иногда выделяют больше уровней (предсознание у З.Фрейда, архетип у К.-Г.Юнга). Другое измерение образуют «сферные» представления строения психики: когнитивная, эмотивная, волевая сферы, а Н.Я. Грот добавил к ним и четвертую – сфера деятельности, взаимосвязывающую волевую и когнитивную сферы. Еще одно измерение морфологии психики – «элементное». Внутри   сфер (или без них) выделяют ощущения, восприятия, представления, понятия, эмоции и чувства, желания, намерения, движения и действия, внимание, а также разные виды памяти (по модальности, по длительности хранения). Элементы группируются в более сложные психические сущности – интеллект, личность, индивидуальность, самость или «Я-концепцию», семантические поля разного содержания. Так образуется новое измерение. Пожалуй, можно соединить психики, конечно весьма поверхностно, в виде сложнейшей динамической многоуровневой и неполно связной, но пересекающейся системы семантических полей, аккумулировавших содержание индивидуальной жизни при взаимодействии с Миром.

Аксеологию психики можно кратко определить одним словом: «жизнеобеспечение» – обеспечение жизни организма в Мире соответственно его потребностям и ценностям. Как это осуществляется раскрывает праксиология психики, охватывающая ее развитие и функционирование. Здесь существенны уровни, стадии развития, например, интеллекта, личности, самореализации и т.д. Причем важны взаимодействие наследственности и среды, а также неравномерность и гетерохронность развития (Б.Г.Ананьев). Выделяются нормы и патологии разных видов. В описании и оценке функционирования психики важны общие и специальные функции, способности, праксиологические и другие состояния психики, системы мотивации, знаний, умений, навыков, привычек, притязаний и достигнутых результатов поведения и деятельности.

В психологии многие убеждены в неизменности развитой психики и законов ее функционирования, в их одинаковости или сходности у людей. Но это не так. И в метапсихологии должен быть принят «принцип стохатичности» индивидуальной психики и обусловленных ею социальных явлений. Причем не только психические, но все индивидуальные, субъектные, личностные, индивидуальные свойства людей в массовых социальных общностях и в индивидуальном процессе жизни нужно считать распределенными «по Гауссу», а иногда «по Парето» и другим распределениям вероятностей.

Познание психики предполагает изучение всего предыдущего с учетом «принципа стохатичности». Присубъектность и трансцендентность психики требуют сочетания интроспекции с экстраспекцией (А.Лазурский) в познании. Большинство людей оценивают психику друг друга по внешним проявлениям в поведении, в отношениях. Лишь в психологии используют специальные научные методы. Замечу, что многое из дальнейшего текста будет иметь отношение к познанию психики.

Говоря о психике и ее познании, нельзя не отметить два важных обстоятельства.

  • Во-первых, в психологии психика трактуется абстрактно, бессодержательно. Однако все компоненты психики наполнены конкретным содержанием. Так, мышление математика оперирует математическими объектами, а историка – историческими событиями. Восприятие тоже содержательно предметно: «вот тарелка, вот картина на стене». Но содержание психической жизни «не психологично» и его познание для психологов создает известные трудности. Метапсихологический метод требует их преодоления.
  • Во-вторых, многие годы, увлекаясь отражением в психологии, пренебрегают воображением. В лучшем случае воображение трактуют как проекцию в будущее   прошлых представлений, либо как элемент креативности. Но роль воображения гораздо значительней. Именно воображение служит «культуросозидающим» психическим процессом. Без него невозможны ни элементарная реакция, ни понимание между людьми. Поэтому, с точки зрения метапсихологии, рубинштейновский принцип единства сознания и деятельности следует дополнительно конкретизировать принципом «единство отражения, воображения и выражения».

Поскольку действительным предметом психологии должна служить психика животных и человека, взаимодействующих с Миром, необходимо определить, что собой представляет этот Мир.

По С.Л. Рубинштейну, Мир есть совокупность вещей и явлений, соотнесенных с людьми, иерархия разных способов существования. Отсюда следует, что Мир можно понимать и как иерархическую среду индивидуального либо группового бытия, и как теоретически мыслимый мир знаний, и как ирреальный, чувственно воображаемый мир. Материализация последнего в деятельности – вот суть человека «творящего», причем творящего добро и зло. Видовая характеристика «человек разумный-разумный», даваемая антропологами, по-моему, давно устарела. Потому, что люди все больше говорят неразумного и злого в Мире по мере роста человечества. Так что надежды некоторых ученых на разум человека-творящего выглядят наивными: ноосфера все более превращается в «аноосферу».

Из нового понимания предмета психологии следует, что объектами психологии не могут быть ни изолированная психика, ни изолированные субъекты, а должна быть система отношений «субъекты и Мир».   Из таких систем отношений можно выделить шесть основных: : «Человек-Природа», «Человек – Техника», «Человек-Человек», «Человек – Знаковая система», «Человек – Художественный образ», и «Человек – Бог» (или Боги). Первые пять отношений были предложены Е.А. Климовым для целей профориентации, а позже обобщены мной для человекознания. Шестая система отношений оказалась необходимой из-за возрождения религиозности в массе людей. Комбинации шести базовых систем создают более сложные объекты психологического изучения; например, «человек – техника-природа», «Человек – Бог – Художественный образ», «Человек – Художественный образ – Техника – Люди».

Многообразные связи с Миром обуславливают положение психологии среди других наук и ее собственное строение. В своем «Очерке психологии» В. Вундт написал, что научная психология служит основой наук. И действительно, с помощью психики человек создал и создает научные знания. Методическое мышление   и создание теорий – это, по Н.Я. Гроту, высший уровень развития умственных процессов. Поэтому современная психология, так или иначе,   граничит с большинством других наук, и не только в рамках человекознания, как считал Б.Г. Ананьев. Можно представить положение психологии в центре пересечения гуманитарных, естественных и технических наук, из которых психология заимствует идеи и методы и в которые вносит необходимость и посильный вклад. Такое положение привело ко все возрастающей дифференциации психологических отраслей, научных направлений и к потребности в интеграции психологических знаний.

Один из возможных способов интеграции – взаимное отображение психологических наук друг на друга. Например, возьмем общую, экспериментальную, инженерную и социальную психологии, построим шестнадцатиклеточную квадратную таблицу так, чтобы строки и столбцы были в одинаковом порядке поименованы этими науками. Тогда в клетках на пересечениях строк и столбцов запишутся взаимные отображения наук друг на друга. В клетках на пересечении одноименных строки и столбца запишутся основные понятия или теории наук, например, в клетке «общая психология» – общая психология запишется парадигма этой отрасли, в клетке «экспериментальная психология-экспериментальная психология» основная идея и основные виды экспериментов. В клетке «общая психология-экспериментальная психология» запишутся общепсихологические основы экспериментальной психологии, а в симметричной клетке «экспериментальная психология – общая психология» запишутся экспериментальные подтверждения общепсихологической теории. Также, и остальными дисциплинами: в клетке «социальная – инженерная психология» излагаются   социальные аспекты в инженерной психологии, а в симметричной клетке «инженерная – социальная психология» записываются инженерно-психологические приложения социальной психологии; и т.д., и т.п. К сожаленью, многие возможности таких двусторонних отображений еще ждут своего осмысления и воплощения.

Как видим, определенная интеграция психологических знаний возможна и необходима: психологи должны быть специалистами широкого профиля. И в психологии озабочены поисками единых теорий. Но сложные объекты вообще недоступны человеческому познанию в целом, а лишь фрагментарно (Попробуйте увидеть сразу весь Исаакиевский собор). Тем более объекты внутреннего мира человека – психические сущности, как интеллект, личность, индивидуальность, или как менталитет этнической общности, – могут быть познаны только фрагментарно, с разных подходов   и позиций. Примером могут служить: более полутора десятков теорий личности, которые рассмотрены в американских учебниках (за исключением российских теорий). Думается, это надо принять как факт и отказаться от выбора «истинной» теории, поскольку истина многолика. И вряд ли возможна синтетическая теория, отличающаяся от компендицизма фрагментов разной степени деталировки, подобного техническим проектам предприятий или больших систем. В связи с этим возникает необходимость в «мультипортретировании»   психических объектов как особом методе исследования с помощью разных методических средств.

С научной квалификацией психологии нет ясности. Историческая дискуссия о том, является ли психология наукой естественной или гуманитарной, продолжается до сих пор. И учиться «на психолога» идут в массе своей гуманитарно ориентированные абитуриенты. Между тем еще В.Г. Ананьев относил психологию к числу особых «гуманитарно-естественных» наук. А сегодня, учитывая положение психологии на пересечении гуманитарных, естественных и технических наук, можно приписать психологии статус комплексной гуманитарно-естественно-технической науки. Конечно, при этом разные психологические отрасли имеют методологическую акценциацию, например, психотерапия более гуманитарна, психофизика – естественнонаучна, инженерная психология –технична. Но и в общую психологию проникает техника, а с ней и технический подход. Причем, наряду с общепризнанным уже системным подходом все больший вес приобретает антропоцентрический подход, противостоящий традиционному сциентизму и за пределами психологии. Все это отражается на методе психологии.

Сейчас имеет место «полифония» методов – общенаучная, как наблюдение; заимствованных из других наук, как эксперимент, биографический метод, или математические методы. К числу собственно психологических методов следует отнести, пожалуй, лишь интроспекцию, психологические тесты и «психологические профили», по Г.И. Россолимо, с помощью которых визуализируются качественно-количественные свойства многомерных объектов исследования. Учитывая негативное отношение сторонников гуманитарного подхода и качественных методов к методам естественнонаучным, количественным, следует обратить внимание на возможность и необходимость применения математики в психологии.

История науки показывает, что применять математику, количественные методы необходимо и возможно в любой науке, – было бы желание и соответствующие знания. Но нельзя подменять изучаемую науку математикой, как это иногда происходит. И.Гербарт и его ученик М.В. Дробиш создали «математическую психологию» и за полтора столетия   до компьютеров применили численное математическое моделирование потока представлений в сознании. С тех пор в психологии уже усвоили математико-статистические методы анализа данных, создали факторный анализ и психометрию, а также множество так называемых «математических моделей». Правда, большинство этих моделей к психологии имеют мало отношения, так как созданы математиками, малокомпетентными в психологии. Психологии нужны не математические, а «математико-психологические» модели. И создавать их должны сами психологи. В связи с этим адепты качественного подхода должны понять, что нет качества без количества, определяющего качество. Поэтому общая методологическая схема применения математики в психологии такова: психологический анализ и формализация (четкости понимания) объекта изучения, затем выбор необходимого математического метода и отображение в него предыдущего результата, потом математические преобразования, т.е. обработка данных и статистическая проверка психологических гипотез, а после этого обратная, математико-психологическая, качественная интерпретация количественных результатов. Таков научно-психологический исследовательский цикл, в любой психологической отрасли.

В практической психологии есть еще один методологически важный цикл методов: психодиагностика, психологическое прогнозирование и управление. К сожаленью, многие психологи ограничиваются психодиагностикой, по результатам которой делают далеко идущие выводы. Это совершенно недопустимо: нужны соответствующие «прогнозные» модели, которые создаются по правилам специальной науки-«прогностики»-путем длительных лонгитюдных исследований. Создание прогнозных моделей особо важно в психологии развития, в детской психологии и псигеронтологии. Психологическое управление объединяет разные способы воздействия на людей – от индивидуальной психотерапии и психокоррекции до массовой торговой и политической рекламы, а также все виды руководства и влияния людей друг на друга. Но ведь результат психологического управления нужно проверить, оценить. Следовательно, цикл замыкается психодиагностикой.

Подводя итог и опуская детали, можно сказать, что отличительные признаки метапсихологии – это активность, содержательность и стохастичность психики, ее неразрывная связь и взаимодействие с телом и через него с природной и социальной средой, не только и не столько отражение, сколько воображение и материализация воображаемого в результатах деятельности и поведения, а также в психологических теориях и практической работе.